Да, она лечилась в психиатрической больнице. Но на меня она произвела впечатление вполне нормального человека. И синяки вовсе не плод ее больного воображения. Она панически боится мужа. Я много слышала о том, как этот сукин сын обращается с подчиненными, но мне не приходило в голову, что он может бить жену. – Мэдди никогда не рассказывала Грегу о своем прошлом. Как и многие женщины, она считала, что сама во всем виновата, поэтому хранила это в тайне. – Я пообещала найти для нее безопасное убежище. Есть какие-нибудь идеи? С чего можно начать?

– Как насчет «Женской коалиции»? У меня там знакомая заправляет. И прости меня за то, что я сказал. Не подумал.

– Да... не подумал. Спасибо за совет. Я ей позвоню. Он написал на листке бумаги имя и фамилию. Фернанда Лопес. Мэдди смутно помнила, что когда-то, в самом начале работы на студии, делала передачу об этой женщине. С тех пор прошло лет пять или шесть, но она до сих пор не могла забыть, какое впечатление произвела на нее Фернанда.

Однако на этот раз ее ждала неудача. На ее звонок в офисе Фернанды ответили, что мисс Лопес в длительном отпуске, а ее заместительница тоже в отпуске – по беременности. Новая руководительница появится только недели через две и сразу ей позвонит. Мэдди рассказала, в чем проблема, и ей дали несколько телефонов. Однако повсюду она натыкалась на автоответчики. Попробовала позвонить по телефону доверия для женщин. Номер оказался занят. Придется повторить попытку позже, сказала она себе и занялась подготовкой материалов к эфиру. До самой передачи в пять часов она об этом не вспомнила. Что ж, придется снова все начать завтра с утра. Дженет столько времени терпела, проживет еще один день. Но завтра надо обязательно что-то предпринять. Сама Дженет настолько парализована страха, что не способна действовать, и это тоже не редкость в подобной ситуации.

В пятичасовой информационной передаче они с Грегом выдали обычный набор местных и международных новостей. Большую часть вечерней программы, в семь тридцать, заняла авиакатастрофа в аэропорту Кеннеди.